Copyright 2017 - Идринское

В годы коллективизации в Идринском районе (1929-1934) не только процветали формы коллективного труда, но и ве­лась кампания по «раскулачиванию».

Ещё в 1927 году очередной съезд ВКП(б) поставил за­дачу коллективизации сельского хозяйства, перевода его на социалистический путь развития. К этому времени кулачество расценивалось как враждебная сила. Усилилась нало­говая политика, за недоимки начали забирать запасы зерна и скот. И доходы не только богачей, но и середняков и даже многих бедняков сократились до такой степени, что людям пришлось искать дополнительные источники существова­ния. Именно в 1927 году из Большого Телека началось бегство от­дельных крестьян в поисках лучшей доли.

Годы раскулачивания, доносов были предвестниками ещё более жестоких репрессий, выпавших на тридцатые годы, в том числе на долю коммунистов, кто не мог умалчивать об упущениях и ошибках в линии партии. Через колхоз правя­щая партия направляла преобразования, ломая в людях ин­дивидуализм, узко собственническую психологию. С рас­кулачиванием из сел выселили дельных, предприимчивых, трудолюбивых и умелых людей.

В Идринском районном архиве хранятся 1448 дел - свиде­тельства беззакония в отношении сельских тружеников. В каче­стве примера можно привести дело «кулака» Ивана Ивановича Федорова из деревни Новоберезовки. У него была небольшая семья: жена, два сына с женами и детьми - в количестве 11 че­ловек. Имели молотильную машину, которая считалась пред­метом «эксплуатации населения» и сепаратор. В сезон летне-осенних работ Федоров привлекал односельчан на уборку сена, урожая, что считалось эксплуатацией батраков. Кроме того, се­мья имела в хозяйстве три коровы, пять лошадей, десять овец. Да ещё имелся доход от плотницкой работы, а всякий доход в дом считался нетрудовым. Поэтому семью Ивана Ивановича обложили непосильным налогом. Вот строки из письма невест­ки Лукерьи: «...отобрали все имущество, продали дом и вы­гнали нас на улицу, на произвол судьбы». Мало того ее мужа с братом расстреляли за «контрреволюцию». Сохранилось за­явление Лукерьи: «Прошу учетную комиссию оставить меня здесь в Новоберезовке, потому что я сама больная, случилась болезнь с испугу. Дети малы. Старшему сыну 12 лет. дочерям 7 и 3 года. Самому младшему б месяцев. Одежды и обуви нет. И подготовить моих детей к отправке некому».

Личное Дело «кулака» И.И.Федорова на все его заявле­ния закрывается резолюцией «отказать». По данным архива, таким образом, было раскулачено в Идринском районе 1425 семей. Многие не выдерживали груза тоски и отчаяния, оби­ды, унижения, несправедливости. Умирали дети.

Таким образом, ставя задачу коллективизации сельско­го хозяйства, переводя его на социалистический путь разви­тия, государство методом раскулачивания выселяло из сел наиболее предприимчивых и трудолюбивых люден. Но зача­стую и этим дело не ограничивалось. Доходило до массовых репрессий в отношении тех, кто не спешил записываться в колхоз. Людей забирали и увозили в Минусинск, где судили за «контрреволюционную деятельность». Только из Идринского района (по данным на конец1936 года) было осужде­но с такой формулировкой I486 человек.

1936 год - начало массовых репрессий. Людей забирали и увозили в город Минусинск, где и судили. Из Идринского района под суд попали 1486 человек. Судьба раскидала их и их семьи по всем уголкам нашей страны. Люди в это время жили под страхом доносов, пыток, неоправданных арестов.

Александра Осокина вспоминает: «В конце 1937 - начале 1938 годов, волею судьбы мне пришлось работать секрета­рем в прокуратуре. Это были годы массовых репрессий. Ка­ток репрессий прокатился по всем селам и деревням Идрин­ского района. Везде искали врагов народа. Работала тайная агентурная сеть. Краевая прокуратура давала контрольные цифры по количеству врагов».

Наступило время доносчиков, желающих свести счёты с неугодными соседями, сослуживцами. Работники районно­го НКВД старались ни в чём не отставать от столичных то­варищей. Автотранспорта не хватало, поэтому под покровом ночи, в дома пешком приходили вооружённые люди, про­изводили обыск уводили с собой арестованных. Брали не только дома, но даже в поле. Брали самых здоровых молодых людей, зачастую малограмотных, абсолютно далеких от по­литики. И увозили туда, откуда никто не вернулся. На их семьи ложилось клеймо «врага народа». И сильнее физических мучений для них и для членов их семей были несправедли­вые обвинения. В душах многих людей поселился страх, они с ужасом ждали ночных визитёров или милиционера.

Не пощадили и крупных руководителей - директоров со­вхозов (а их было два): в Идринском - Рихтер, в Хабыкском - Шипилло. Вместе с ними были арестованы все специали­сты, включая управляющих фермами. Обвинения предъяв­лялись самые нелепые. Так, например, агронома Идринского совхоза обвинили в том, что на ферме Черемушка был заложен силос нерезаным, а зоотехника Хабыкского совхоза за несвоевременное искусственное осеменение коров.

Признание вины зачастую выбивали физической распра­вой. Главное - любыми способами добиться от арестованно­го подписи под протоколом допроса. Через месяц нахождения в следственном изоляторе люди теряли человеческий облик, на них без содрогания нельзя было смотреть. А каток всё катился, находя новые жертвы. Такого натиска не выдерживали даже руководители силовых структур. Прокурор Ирвий бежал из района. Начальник милиции Коринскнй застрелился. Первого секретаря РК партии Соколова арестовали при попытке к бег­ству. Многие арестованные наивно верили, что это самоуправ­ство НКВД. Любимый вождь ничего не знает. Сталину писали письма и жалобы, которые он просто игнорировал.

Жительница села Новоберезовка Ефимья Ниловна Вождаева помнит, когда у них забрали дом, лошадей, коров. Одним словом всё, что было нажито родительским горбом. Забрали и отца. И только спустя год разобрались, что семья под раскулачивание не подходила. Вернули только дом.

Житель села Екатерининское Владимир Петрович Шамаль, вспоминая колхозную жизнь, отмечает, что до кол­лективизации деревня жила полнокровной жизнью. Каждый крестьянин имел свой надел пашни, свои угодья. В семьях все трудились с полной отдачей сил, так как воочию видели плоды своего труда, имели право распоряжаться ими, строи­ли и строились основательно, на века.

Дома и усадьбы дореволюционной постройки строились на лиственничном основании, срублены в угол, в лапу, в паз. Бревно подгонялось к бревну. Даже огородные запло­ты были поставлены на лиственных столбах солидного ди­аметра. Коллективизация оторвала крестьян от плодов соб­ственного труда, превратила в подёнщиков, в беспаспортных крепостных, работающих за палочку в табеле, которая опла­чивалась из того, что оставляли в колхозе доблестные руко­водители государства.

В итоге коллективизации произошло благое дело - укрупнение сельских хозяйств, где уже можно было применять широко эффективную, высокопроизводительную технику, по­вышать производительность труда, снижать себестоимость продукции. Но насильственно оторванный от средств произ­водства и итогов своего труда крестьянин уже не чувствовал себя хозяином на земле, на которой он работал, а такие хозя­ева были. В качестве примера Владимир Петрович Шамаль приводит рассказ о сыне талантливого строителя Новоберезовского Михайло-Архангельского храма Логина Горбачева. Сын Филипп проявил себя великим конструктором. Произ­веденную на своем подворье сельхозпродукцию он увозил в Красноярск, там продавал и на вырученные деньги покупал необходимые промышленные товары. Основную часть денег тратил на железо, из которого мастерил сельскохозяйствен­ный инвентарь. Чтобы не молотить цепами хлеб, он сконстру­ировал и построил чистодательную машину. Так он назвал свое детище. Машина обмолачивала снопы и выдавала зер­но трех фракций: чистое отсеянное, второсортное продоволь­ственное, отходы, а в конце выходила мякина и солома. При­водилась эта машина в движение лошадьми, ходившими по кругу. Для обеспечения работы машины нужны были работ­ники в количестве 12 человек. Своих работников у Филиппа Логиновича не хватало, и он организовал артель по обработке хлеба из нескольких хозяев. Очередность обработки устанав­ливалась по жребию. Пользоваться правом первой очереди, как хозяина машины, Филипп не соглашался. Артель жила демократично, и кто знает как бы дальше шло объединение тру­долюбивых крестьян, если бы не грянула коллективизация.

В.П.Шамаль убеждён, что если бы не было бы коллекти­визации, то возможно укрепили деревню такие добровольные сельхозартели, какая была организована Филиппом Логиновичем в Новоберезовке. «Сейчас власть попыталась дать обратный ход, вернуть крестьянину землю. Да вот беда - крестьянин-то уже не тот. Отучили его работать от души. Он привык к обеспе­ченной жизни, привык, что государство думает за него, а в на­стоящее время и кормит его, выдавая субсидии. Крестьянская хватка в людях воспитывалась столетиями. Сколько требуется времени для ее восстановления - неизвестно».

Издательство "Буква С"

Комментарии   

0 #4 Людмила 06.06.2015 22:30
Спасибо! Я тоже никогда не была в Идринском районе, да и в Красноярском крае, в Хакасии, была однажды, когда еще была студенткой Томского ПТИ, на практике. А это родина моего отца - д. Петропавловка! Его уже нет, некого расспросить даже о родне, которую не пришлось увидеть: папа после войны оказался в Казахстане, в Кустанайской области и оставшуюся жизнь трудился в геологоразведке. Я совсем мало знаю о его довоенной жизни - детям старались не говорить ни о чем по понятным причинам. После окончания института я уже домой не вернулась: появилась своя семья, свои заботы. В редкие и краткосрочные приезды было о чем поговорить, как-то опять не получалось много расспросить. Да и по молодости не очень задавалась вопросом генеалогии. Но помню, что дед мой Роман Стефанович тоже был раскулачен только лишь за то, что имел свой дом, мельничку, лошадь и корову. Так и умер в тюрьме на Урале, где точно - не знаю. Реабилитирован посмертно. Свое "состояние" они с прадедом "добывали" на речках - мыли золото, сдавали его на мануфактуру, а на нее покупали скот и прочее необходимое для хозяйства. Трудились в семье все (а детей было не мало), мой отец тоже ходил с ними, будучи пацаном, в тайгу на 5-7 дней мыть золото. Как бы хотелось узнать по подробнее, что было с моими предками, откуда и когда они пришли в те края (они из народа мордва)? Как можно получить хоть какую-нибудь информацию?
Цитировать
0 #3 Саша 16.12.2011 02:10
Здравствуйте,не так давно начал осваивать интернет и нашел ваш сайт.Мои предки по линии бабушки Халевины и Журавлевы жили в Идре и тоже попали под раскулачивание. Мне уже 40 лет и благодаря вам я получил информацию. Радует что есть люди которые не равнодушны к истории и помогающие новым поколениям узнать правду и о коммунистах, и о тех кто действительно работал а не грабил крестьян выживающих своим трудом. Мне только не понятна позиция "товарища" В. Еременко который здесь же пишет о том, что раскулачивания и небыло, а только единичные случаи,и грабеж, и воровство происходят последние 20 лет. Хотелось бы напомнить этому моральному уроду что за последние 20 лет никто с голода не умер в отличии от 20-30 годов, когда правили коммунисты. Спасибо за ту работу которую вы проводите.Хотелось бы побывать на родине предков и лично пошариться в архиве, чтобы было что рассказать своим детям.Тем более живем рядом в Хакасии г.Абаза. До свидание, надеюсь ещё много интересного узнать с вашей помощью.
Цитировать
0 #2 Guest 01.09.2010 08:28
Большое спасибо за информацию, мои предки Елисеевы жили в Идре и Малый Хабык,я восстанавливаю гениалогию и рада любой информации...
Цитировать
0 #1 Тарас 08.05.2010 17:25
Спасибо Lady Light!
Я ни разу не был в Идринском районе, но мои корни из с.Малый Хабык. Поэтому мне интересна информация об истории района. Я прочитал все Ваши статьи.
Цитировать

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru


Справочник телефонов. Идринское

Такси телефон. Идринское вызвать

Идринское, расписание автобусов

Объявления на форуме Идраонлайн Ну и погода в Идринском - Поминутный прогноз погоды