Copyright 2017 - Идринское

Война. Она пришла на нашу землю в том страшном 41-ом. Она унесла миллионы жизней, покалечила тысячи судеб, безжалостно разбивала людские мечты и надежды. Жестоко обошлась война с каждым жителем нашей страны. Мужчины ушли на фронт, женщины и дети в тылу ежедневным изнурительным трудом приближали радостный день - День Победы.

В преддверии юбилея победы в Великой Отечественной войне в районном музее им. Н. Ф. Летягина состоялась встреча тружениц тыла. Им нелегко было вспоминать те дни, но эти воспоминания нужны всем нам, чтобы понять и осознать глубину трагедии, имя которой - война.

Люди земли идринской

Анна Ивановна Богушевская:

- Отца взяли на фронт в августе 1941 года. К тому времени уже всех мужиков мобилизовали. Убирать хлеб остались старики да дети. Сентябрь не учились, в школу пошли только с 1 октября. В нашем колхозе хлеб соскирдовали, молотили зимой, но в поле не оставили. Работали за трудодень. Соль на рынке стоила 100 рублей стакан. Хлеб подорожал - центнер стоил 2000 рублей, а мы государству сдавали по 8 рублей за центнер. И какие деньги придутся на трудодень? Кому 400 рублей, а кому еще меньше. Которые на общественном питании были, те вообще рублей 170-200 заработают. Выдавали хлеба на трудодень 500 граммов, да и тот почти одни отходы. Правда, у трактористов выходило по 2 кг на трудодень, им и пшеницу получше давали. В некоторых колхозах не выходило даже по 200 граммов. А на трудодень надо было три воза соломы привезти, по 33 сотки воз. Эту солому еще довезти и соскирдовать надо.

Два воза дров - полтора трудодня, 75 копеек воз. Мальчишки, 15 лет им не было, ездили дрова готовить. На ферму дров надо, в контору надо, домой надо. За день только два воза и наготовишь.

Трудно жили. Отец воюет, мама до войны умерла. Нас трое было да бабушка неродная с нами. Ей в ту пору уже 87 исполнилось. Как мы выжили — не знаю. На работу утром - голодом, мало у кого что-то поесть найдется. В обед затируху дадут и небольшой кусок хлеба. В паужин, когда картошка есть, - круглой наварят. Вот и вся еда наша. На ту беду засуха была и картошка не уродилась. Верхушки обрезали, на посадку берегли. Кожуру не выбрасывали, сушили, потом толкли, мешали с какой-нибудь травой и хлеб пекли. И тогда мне казалось, что нет ни земли, ни неба - одна пустота. Вот так тошно на душе было. Сами себе кусок хлеба добывали. Брат (10 лет) - в колхозе, сестра - бухгалтером в районе.

И подстерегла беда. В 1943 году работала я учетчиком в тракторной бригаде. Бригадир и говорит мне: «Ты, Нюра, пиши керосин по норме, не пиши перерасход». Бочки с керосином не охранялись. Посевная закончилась, не хватает 12 центнеров. Ну все, думаю, тюрьма. Растрата 480 рублей. Мы овец держали, как-то смогли валенки скатать, продали их за 480 рублей, и уплатила недостачу. Хорошо, в тюрьму не посадили.

Впроголодь жили, а. песни всегда пели. Они нам помогали.

Нина Ивановна Маркова:

- Родилась я и жила в городе Иваново. В 1941 году окончила семилетку и поступила в техникум. Сначала платили стипендию, потом отменили, а за учебу надо было вносить по 160 рублей. Где мне эти деньги взять? Карточки давали только работающим. Вот мы с подругой пошли на завод. До войны он был машиностроительным, а потом переименовали - № 742. Мы работали токарями-операционистами, то есть выполняли только одну операцию. Вытачивали «стаканы» для зенитных снарядов, корпуса для бомб. Смена была 12 часов - с семи до семи часов. Особенно тяжело в ночную смену. Попробуй 12 часов простоять, а сидеть нельзя. Останавливали станок только для перерыва на обед. В цехе строгая стража стояла - никого не пускали и замечали, кто опаздывает. Задержится даже на пять минут - в тюрьму садили. Нам выдавали карточки: 800 граммов хлеба и все продукты. Это считалось хорошим обеспечением. Идешь домой, зайдешь в магазин, возьмешь хлеба, по дороге все и съешь.

Тем, кто норму перевыполнял, обеды бесплатно давали. Однако норму выполнить сложно. Как-то резец попался плохой. Точу, точу - брак идет и все. Испортила семь заготовок, и зарплату мне не дали. Так вот было строго. И с работы никого не отпускали. Под конец войны режим ослабили. Мы с подружкой сдавали экзамены в педучилище, мастер отпускал нас. Окончила училище, получила распределение в Сибирь. Знаете, время было трудное, но ведь это была наша молодость. В городе работал кинотеатр, шли спектакли в драмтеатре и музкомедии. И в кино ходили, и в театр. Девчонки на танцы бегали. По-своему счастливы были.

Зоя Ивановна Ломова:

- Мы жили в Волгоградской области. Это была мирная станица. В 1941 году немцы быстро продвигались и началась бомбежка нашего села. Налетят самолеты, спикируют прямо на здание. Школу, раймаг, силовую установку, которая свет давала, разрушили во время первых налетов. Днем стрельба, ночью бомбежка. Станица стала прифронтовой: то к нашим, то к фашистам отойдет. Если в селе немцы - наши бомбят, если наши придут - немцы бомбят. Пули свистят, бомбы рвутся - ужас один. А потом в село пришли фашисты. Помню, как страшно было. Рядом со станицей гора. К вечеру из-за нее танки выползают, огонь из жерла. До этого в селе инструкторы были, учили нас спасаться во время боевых действий. Мы рыли погреба, в них и укрылись от танков. Сначала немцы нас не трогали. Видимо, думали, что быстро минуют село, но застряли. Мы им мешали: из леса бойцы приходили, наверное, разведчики. Раненых в погребах прятали, спасали. И немцы нас выгнали из домов, чтобы мы своим не помогали. Стоял июль месяц, мы в легкой одежде. А они успокаивают: «Мы уйдем и вы вернетесь».

Знаете, немцы даже воевали строго по часам. Начинали часов в 8-9 утра, потом перерыв на обед. Во время затишья мы старались что-то на керогазе приготовить. Запасы кое-какие были еще, в том числе мука. Вишни поспели, и мы настряпали вареников с вишнями. Пришли немцы, забрали наши вареники. А что сделаешь? Однажды сварили суп из проса. Они забрали котелок и спрашивают: «Как это варить?». Как смогли им объяснили. Потом приносят нам суп в стеклянной баночке, а на дне — слой грязи. Они просо не очистили, так и сварили. Смех и грех.

Нам повезло, что не пришли эсэсовцы. Это были просто вояки. Перед Сталинградской битвой, помню, один немец показывает фотографию: он с женой, детьми. Объясняет: это мои родные, а я стрелять не хочу. И говорит: «Сталинград - Гитлер капут, Сталин капут».

Когда они отходили, мы жили в соседнем селе на квартирах. Ночью стучат. Подойдут к нарам, автоматом тряпку откинут, смотрят. А нам страшно - что им стоит на курок нажать. Лежим, дрожим. Как-то все обошлось.

Агитация какая сильная была. Какими-то правдами-неправдами доходили слухи: «Потерпите, скоро вас освободят, наши придут». И настал тот радостный день - день освобождения. Поле было около села, а на нем тысячи румын. Немцы-то на машинах уехали, а эти не успели. Пытались через поле в лес уйти. Как их наши били - никого в живых не оставили. Мы плачем от радости, а солдаты нас спрашивают: «Ох, как вы тут жили? Как живы остались?». Угощают нас хлебом, селедкой. Запомнила почему-то эту селедку.

Вроде недолго были под немцами, но страху на всю жизнь натерпелись.

Война стала для них тяжелым испытанием. Однако каждая достойно вынесла это испытание и нашла в себе силы жить дальше.

Записала Вера Вопилова
Фото Александра Ковалева

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru


Справочник телефонов. Идринское

Такси телефон. Идринское вызвать

Идринское, расписание автобусов

Объявления на форуме Идраонлайн Ну и погода в Идринском - Поминутный прогноз погоды